Подлинная история взаимоотношений некоего Автора с неким Персонажем.

- Мадам, я от вас ухожу.
- Вы не можете этого сделать!
- Нет, могу. Я расторгаю контракт.
- Но почему?
- Вы знаете. То, что со мной делают ваши так называемые поклонники –противоестественно.
- Северус, мне очень жаль, но я не виновата. По правде говоря, я вас так описала, что не понимаю, как ваш образ вообще мог вызвать у кого-то мысли о сексе.
- Не говорите мне этого слова, от него мне становится дурно. Наверное, вы где-то допустили промашку. Упомянули мою хорошую фигуру или еще что-нибудь в этом роде.
- Да вы сами почитайте!
- Да… да, действительно. Ни единой бреши в доспехах самого отвратительного в мире типа. Наверное, они сумасшедшие; хорошо еще, их мало. И все же – вы должны прекратить это безумие.
- Дайте подумать. По книге снимают фильм. Подберем на вашу роль актера, который будет лет на двадцать вас старше.
- На тридцать!
- Северус…
- На сорок!
- Господи, Северус, столько не живут. Успокойтесь. Все будет в порядке. В интервью я очерню вас, как смогу.
- Вы уж постарайтесь. Только педофилом не называйте, а то меня уже и так…
- Я опишу вас, как злобного мерзавца – устраивает?
- Конечно. Ведь это чистая правда!

- Всё, я ухожу!
- Спокойно, не надо нервничать.
- Я не нервничаю, я в бешенстве! Вы это видели, а? А это?! Вы посмотрите, сколько их!
- Не надо швырять в меня распечатками. Я читала. Это ужасно.
- «Ужасно» - слабо сказано. Я бы еще пережил всяких девочек – Мерлин, дай мне силы! – но Поттера… Поттера я не переживу.
- Северус, мне очень жаль. Однако вы не должны меня обвинять - я выполнила свои обещания.
- Этот ваш актер меня погубил. Зачем он устроил фарс в Дуэльном клубе?
- И вовсе не фарс. Очень эффектно получилось.
- Вот именно!
- Вообще-то, его так затянули в корсет, что по всем законам анатомии он должен был только стоять столбом и хлопать глазами. Вот что значит – вжился в роль. Спокойно, Северус, спокойно! Обещаю, в следующих фильмах я попрошу вырезать максимальное количество эпизодов с его участием, и на экране он будет появляться не больше, чем на десять минут.
- На три!
- Нет, так нельзя.
- Эти извращенки укладывают меня в постель с Поттером и с Малфоем-младшим – да как я могу захотеть таких сопляков, а главное, как они могут захотеть меня?! Они утверждают, что я сплю с лохматой подружкой Поттера и с придурком Локхартом! Смакуя подробности. И вы мне тут…
- Северус, хотите, я напишу, что у вас плохие зубы?
- Да, да, да! И снова скажите, что я ужасен. Повторите несколько раз прямым текстом: «Северус Снейп – мерзкий, злобный, сальноволосый ублюдок, и надо быть не в своем уме, чтобы на него польстится». Распишите подробно, как я издеваюсь над Поттером – пусть всем станет понятно, что мы друг друга ненавидим и не захотим быть вместе, даже если высадить нас вдвоем на необитаемый остров или запереть в камере размерами два на два.
- Я сумею их убедить, Северус. Будьте спокойны, я все устрою.


- Северус, мне действительно очень жаль.
- Ну, хорошо, пусть Поттер. Пусть. Я уже смирился. Я даже как-то к нему привык. Пусть Малфои всех поколений. Пусть понаехавший тут молодняк женского пола в прозрачных тряпочках, которые они для чего-то надевают на верхнюю половину туловища - уж ходили бы голые. Но для чего вы впустили в книгу Блэка?!
- Ну, не надо, не надо… Не убивайтесь так, профессор. Вы же так не убьетесь.
- Убьюсь, если постараюсь.
- Не вздумайте. Вы мне нужны.
- Кажется, я всем нужен, только не пойму, с чего бы. Лучше бы я умер. А еще лучше – если бы Блэк умер. Кстати, это идея.
- Нет, я…
- Тогда я от вас ухожу!
- Ладно. Тем более что Сириус тоже изъявляет желание поскорее сдохнуть.
- Надо же, раз в жизни пришли к единому мнению. Значит, Блэка в расход. Но этого недостаточно. Нужно добавить в мой образ черной краски.
- Застиранное белье подойдет?
- Мало! Серая ночная рубашка. Этого не вынесут даже самые романтичные натуры.
- Я бы не вынесла.
- Вот и пишите, да не как в тот раз.
- Я стараюсь!
- С вами что-то не так, определенно. Вы описываете, как я издеваюсь над Поттером…
- Да, и выходит живенько.
- И всё равно все уверены, что дай нам только волю, как мы немедленно предадимся страсти на первой попавшейся горизонтальной поверхности. А если не попадется горизонтальной – прямо стоя. Я этого не понимаю.
- Наверное, мы перестарались с ненавистью, от которой один шаг до любви. Дыма без огня не бывает. Бьет – значит, любит. Как-то так.
- А если убил совсем – значит, залюбил насмерть. В общем, насчет Блэка мы договорились. Желаю удачи, мадам. Попытайтесь не напортачить.
- Северус, вы переходите все границы. Иногда я просто вас ненавижу.
- Замечательно. Думайте об этом постоянно, это придаст моему портрету достоверности.

- Трудное детство… деревянные котлы, прибитые к полу гвоздями… жестокие одноклассники… сядем и возрыдаем. И не говорите, что вам очень жаль.
- Мне действительно очень…
- И к чему это привело? С Люпином мы уже практически срослись в конгломерат под названием «снупин». Не смейте хихикать. Поттер – все по-прежнему, Малфои – без перемен, Мэри-Сью – в количестве, Гермиона Грейнджер – срочно замуж… и кто ж у нас прибавился? Дамблдор. Нет, вы можете себе такое представить – я с нашим дорогим директором?
- Мне плохо.
- Уверен, не так, как мне.
- Что же делать?
- Как обычно.
- Так у меня ни одного живого персонажа не останется!
- Придумаете новых, было бы о чем сокрушаться. Действуйте, мадам, действуйте, я в вас верю.
- Хорошо бы, чтобы верили не вы, а мои читатели. И не в меня, а мне.
- Аминь.

- Северус, я сдаюсь. Если они и убийство готовы простить, то я уже не знаю!
- Всё, я беру дело в свои руки. Я разработал комплекс мер, которые навсегда обезопасят меня от всяких харассментов.
- Мне заранее страшно.
- Не бойтесь, мадам, прорвемся. Во-первых, вы должны убить Люпина, он мне надоел – то он меня спасает от злых людей, то я его… Моя бы воля, я бы его в клинику сдал. Для опытов.
- Если убить всех, с кем вас… эээ… сводили, тогда магический мир превратится в одно большое пепелище.
- Во-вторых, вы должны написать, что я всю жизнь любил одну женщину.
- Так не бывает.
- Вы фэнтези пишете или что? И потом, бывает. Я вот на днях читал биографию одного маггловского поэта, так он был влюблен в одну особу по имени Лиля, и даже ее замужество его не охладило. Слушайте, а это мысль! Опишите-ка мою пожизненную страсть к Эванс. Никто же не станет влюблять меня в сына, если я любил его мать.
- Эх, Северус, плохо вы знаете фанатов…
- И убейте меня.
- Что?
- Эффектно. С потоками крови. Такая живописная, образцово-показательная смерть, чтобы никто не усомнился. Сможете?
- Легко и с удовольствием. Проще вас убить, чем раз в месяц объяснять всему миру, какой вы отвратительный, а в ответ получать ухмылки и заговорщицкое: «Но мы-то знаем…»
- Вам не позавидуешь.
- После того, как я вас отделаю, мой дорогой, вам точно никто не позавидует.
- Всегда вы обещаете, обещаете…
- На этот раз у меня все получится, как надо. Даже трубы Страшного Суда не поднимут вас из могилы.

- Что я сделала не так?!

- Я умер! Я точно умер! Да умер я, вам говорю!
- Северус, нам очень жаль…

~ fin ~